Маэта Моланго: игроки на грани выживания в футболе

Маэта Моланго больше не предупреждает — он бьёт тревогу. Руководитель профсоюза игроков говорит вслух то, о чём в элитных раздевалках шепчутся уже давно: футболистов загнали до предела, а грядущий чемпионат мира грозит превратиться не в праздник игры, а в «выживание сильнейших».

«Мир хулиганов» и игроки на грани

«Чемпионат мира должен быть воплощением мечты, а в итоге это будет выживание самых выносливых. Это неправильно», — жёстко формулирует исполнительный директор PFA Маэта Моланго.

Он не смягчает углы. По его словам, футбол перестал награждать лучших — всё чаще побеждает не самая сильная команда, а самая свежая. Игроки — «супергерои», да, они получают огромные деньги. Но это не даёт права выжимать их «до предела с человеческой точки зрения».

Речь уже не только о справедливости. Речь о том, что рушится сам продукт. Моланго предупреждает: если так пойдёт дальше, люди будут платить тысячи фунтов за то, чтобы смотреть на игроков, которые «в лучшем случае ходят по полю».

Он не исключает, что рано или поздно футболисты сами начнут отказываться выходить на поле в лишних матчах. «Может быть, игрокам придётся саморегулироваться. Тот товарищеский матч, который вы организовали, — я в нём не сыграю», — передаёт он настроения.

Моланго описывает нынешнюю систему просто: «Мы живём в мире хулиганов, и они думают, что можно просто продавить всё силой».

Но в этой истории, подчёркивает он, есть одна ошибка в расчётах. Игроков по-прежнему воспринимают как молчаливый ресурс, хотя «они понимают силу коллектива. Они не глупые. Они умные и включённые».

Van Dijk на пределе, Rodri – пример надрыва

Цифры, которые приводит Opta, только усиливают его слова.

В одном только сезоне уже 19 игроков из Premier League, набравших более 4000 минут во всех турнирах, отправляются на чемпионат мира. В топ‑20 по общему игровому времени в пяти сильнейших лигах Европы — 11 представителей английского чемпионата.

На вершине списка — защитник Liverpool Вирджил ван Дейк: 4761 минута. Его партнёр по клубу Доминик Собослаи — четвёртый с 4556 минутами. Лучший англичанин в этом рейтинге — полузащитник Aston Villa Морган Роджерс: 11‑е место и 4382 минуты.

Игроки Newcastle, Crystal Palace, Arsenal, Nottingham Forest тоже высоко в таблицах нагрузки — участие в еврокубках и постоянные вызовы в сборные сделали своё дело.

Отчёт Fifpro о нагрузке за сезон 2024–25, в который уже заложен расширенный Club World Cup, назвал происходящее «беспрецедентно длинными и перегруженными сезонами» и потребовал минимум четырёхнедельного летнего отпуска и зимнего перерыва.

Осенью 2024‑го полузащитник Manchester City Родри открыто говорил, что игроки «близки» к забастовке после собственного сезона из 63 матчей. Через несколько недель он порвал кресты.

На этом фоне критика в адрес FIFA и UEFA звучит всё громче: расширенный формат World Cup, новый Club World Cup, увеличенная Champions League, добавленная Conference League. В Англии убрали переигровки в FA Cup, но сохранили League Cup — календарь по‑прежнему трещит по швам.

«Я делаю всё правильно — и всё равно ломаюсь»

Моланго приводит личные истории. Один из игроков признался ему: он не пьёт, не ходит по вечеринкам, строго следит за режимом — и всё равно травмирован. «Он сказал мне: “Ты был прав. Когда ты два года назад приходил к нам и говорил о календаре, мы слушали… но ты был прав”».

По словам главы PFA, в этом сезоне в Англии уже был момент, когда игроки сами спросили: «А нам не стоит что‑то сделать?» До сих пор профсоюз сознательно не давил на внутренние турниры — это «хлеб насущный» для большинства его членов, основная часть их доходов. «Мы всегда танцевали под чужую дудку», — признаёт Моланго.

Но он уверен: новое поколение футболистов другое — «умное, включённое, преданное делу и видящее большую картину».

Испанский урок: когда La Liga осталась без матча

В качестве примера силы игроков Моланго вспоминает историю с попыткой La Liga провести официальный матч в Майами. Лига, по его словам, «сделала всё как обычно и просто решила двигаться дальше». Игроки ответили коротко: «Мы никуда не едем».

Матч в итоге отменили.

«Если где и есть сильное руководство, так это в La Liga. Но игры не было, потому что игроки поняли: именно они — продукт. Можно продать билеты, но если нас там нет — матча не будет», — подчёркивает Моланго.

Для него это должно было стать сигналом для всего футбольного мира: без игроков нет игры. И их мнение игнорировать больше нельзя.

Жара, сухой газон и игроки, которые не могут дышать

Моланго лично видел, как выглядит перегруженный календарь, наложенный на экстремальные условия. Он ездил на летнюю Premier League Summer Series в США и общался с участниками Club World Cup.

Полузащитник Chelsea Энсо Фернандес после того турнира называл температуру «невероятной» и «опасной», признавался, что чувствовал сильное головокружение.

Моланго подтверждает: климат, жара, дневные стартовые свистки — огромная проблема. По его словам, FIFA хотя бы отреагировала на часть претензий и скорректировала время начала матчей и стадионы. Но тревога перед этим летом никуда не делась.

Он вспоминает матч в Филадельфии в 15:00: «С такой температурой я сам не мог дышать». Игры шли одна за другой, а разница между ранними и поздними стартами, по его словам, была «как день и ночь».

Игроки, с которыми он говорил, говорили то же самое: им было тяжело дышать. Плюс американские арены, заточенные под NFL: «Газон такой сухой, будто это поле для American Football. В Атланте покрытие настолько сухое, что это уже другая игра. Но там ведь не NFL».

Пирамида, которую звёзды не забыли

Сила PFA, по мнению Моланго, в том, что это редкий профсоюз, где миллионеры‑суперзвёзды и игроки из League One и League Two одинаково вовлечены. Они чувствуют себя частью одной пирамиды.

Он напоминает: многие лидеры сборной Англии прошли низшие уровни. Гарри Кейн играл за Leyton Orient. Кайлу Уокеру не надо объяснять, что такое нижние дивизионы. Деклан Райс в юности был отчислен из академии. Джуд Беллингем выходил в Championship за Birmingham City.

«Им не нужно ничего объяснять. Они понимают. Для них это не только борьба за себя — это борьба за тех, кто придёт после», — говорит Моланго.

Он вспоминает фразу, которая ему особенно запомнилась у Lionesses: «Мы хотим оставить футболку в лучшем состоянии, чем нашли». Для него это символ новой ментальности — от Ким Литтл до Лии Уильямсон. Не только о себе, но о наследии.

По его словам, ему звонят капитаны команд, причём некоторые даже не выходят в стартовом составе. Но им не всё равно — и в мужском, и в женском футболе.

«Одно можно сказать точно: PFA здесь по правильным причинам. Никто больше не сможет просто продавить решения силой. Мы живём в стране с законами — и это всегда крайний аргумент. Дни, когда игроков считали слабым звеном, закончились. Теперь они — самое сильное звено», — подытоживает он.

Райс на пути к 70 матчам — и ноль сочувствия

Отдельная боль Моланго — нагрузка на звёзд сборной Англии. Он прямо говорит: полузащитник Arsenal Деклан Райс не получит ни грамма сочувствия, если приедет на чемпионат мира выжатым.

Райс, которому 27, уже провёл 4246 минут во всех турнирах за сезон — это десятый показатель среди игроков Premier League и второй среди англичан после Моргана Роджерса из Aston Villa. С учётом борьбы Arsenal за трофеи и предстоящего чемпионата мира он легко может добраться до 68–70 матчей за клуб и сборную.

Моланго уверен: к тому моменту никто не вспомнит, сколько он сыграл. «Кто будет сочувствовать Деклану Райсу? Все забудут про 68 матчей. Если ему “повезёт”, он дойдёт до этой цифры ещё до чемпионата мира. Кто это запомнит? Никто. Все будут заняты одним: “Мы должны выиграть чемпионат мира”».

PFA требует ввести потолок на количество матчей, гарантированный летний отпуск и жёсткие правила для сезонов, идущих без паузы друг за другом. «Данные говорят о максимуме 50–60 матчей в год. Не больше 45 подряд. Минимум месяц отдыха каждое лето», — перечисляет он.

Ответ, по его словам, всегда один и тот же: календарь забит до 2030 года. Но стоит зайти разговору о добавлении новых матчей — «место вдруг находится». Когда речь заходит об их сокращении, всё тут же «оказывается закрыто».

«Так это не работает. Они хотят всего сразу: людей на стадионах, рекордные телеправа, максимальную выручку. И при этом катастрофически недооценивают, насколько изменились сами игроки», — говорит Моланго.

Сейчас вопрос стоит жёстко: кто первый отступит — организации, продолжающие раздувать календарь, или футболисты, которые в какой‑то момент просто откажутся выходить на поле?