Саутгемптон выходит на Уэмбли под гул скандала

«Саутгемптон» выходит на «Уэмбли» под гул скандала. Команда Тонды Эккерта пробилась в финал плей-офф Чемпионшипа, но вместо разговоров о тактике и героизме в дополнительное время все обсуждают другое слово – «шпионаж».

Победа в экстратайме — и тень «spygate»

На табло — радость. На трибунах — экстаз. На 116‑й минуте Ши Чарльз, казалось бы, просто навешивал, но его полуудар-полупередача превратилась в решающий мяч и принесла «Саутгемптону» путевку в финал плей-офф против «Халла» 23 мая на «Уэмбли».

Но уже в подтрибунных помещениях тема была совсем другая. Клубу грозит разбирательство у независимой дисциплинарной комиссии: против «Саутгемптона» выдвинуты два обвинения в нарушении регламента Английской футбольной лиги. Вокруг полуфинала с «Мидлсбро» разгорелся тот самый «spygate» — история с якобы подглядыванием за тренировками соперника.

Тонда Эккерт вышел к прессе с жестким, но сдержанным посылом: клуб, по его словам, относится к обвинениям «очень серьезно».

«Это затмило весь матч, — признал он. — Мне нелегко не комментировать ситуацию, но сейчас я просто не могу ничего сказать, потому что идет расследование. Мы относимся к этому очень серьезно. Я выскажусь, но только когда оно завершится».

Его снова спросили: почему такая закрытость? Ответ был коротким и холодным: расследование продолжается, точка.

Взрыв эмоций Хелльберга

Если Эккерт пытался держать линию молчания, то его визави сорвал маску дипломатии. Главный тренер «Мидлсбро» Ким Хелльберг после поражения на «Сент-Мэри» был не просто расстроен — разъярен.

Он назвал поведение «Саутгемптона» «позорным» и дал понять: штраф, по мнению «Боро», станет слишком мягким исходом.

Напряжение чувствовалось и по ходу матча. В один из моментов на бровке вспыхнуло: после того как Люк Эйлинг сообщил о дискриминационном высказывании со стороны капитана хозяев Тейлора Харвуда-Беллиса, Эккерт, судя по всему, дернулся в сторону скамейки соперника и вызвал ответную реакцию Хелльберга. Их развел четвертый арбитр Том Нилд. Позже швед попытался приглушить этот эпизод, заявив, что не делает из стычки тренеров отдельной темы. Но фон уже был задан.

Когда один из журналистов употребил слово «якобы» применительно к инциденту на базе «Боро» Rockliffe Park, Хелльберг тут же его оборвал. Для него это не «якобы».

По версии «Мидлсбро», они застали аналитика, который прятался и записывал начало их тренировки. Хелльберг подтвердил, что с Эккертом на эту тему не говорил и не собирается.

«Мне нечего ему сказать… Что я должен ему сказать?» — отрезал он.

«Пять часов в пути, переодевания и сломанные принципы»

Хелльберг не сдерживал эмоций, когда описывал, как воспринимает случившееся.

Он напомнил, что если бы «того человека» — предполагаемого аналитика — не поймали, сейчас обсуждали бы совсем другое: «Если бы мы не поймали того человека, которого они, как мы считаем, отправили к нам — пять часов в дороге, — вы бы сидели здесь и, возможно, говорили: “браво” за их тактическую подготовку. А я бы поехал домой с ощущением, что подвел своих игроков, не помог им как должен».

Дальше прозвучала, пожалуй, самая жесткая часть его монолога.

«Когда у тебя это отнимают, — сказал Хелльберг, — когда кто-то решает: “Нет, мы не просто посмотрим все матчи, мы отправим человека, снимем тренировку, увидим все и будем надеяться, что его не поймают” — наверное, поэтому там были переодевания и все эти вещи… Это разбивает мне сердце. Разбивает все, во что я верю в футболе. Мне все равно, какие правила в других странах».

Для шведа это не только вопрос регламента, это вопрос принципов. Честной подготовки. Личного доверия к игре.

Финал на горизонте — и грядущее решение

«Саутгемптон» идет дальше. Команда готовится к финалу плей-офф, к вечеру, который может вернуть клуб в элиту. Но параллельно висит другая дата — день, когда независимая комиссия вынесет вердикт по делу о нарушении правил EFL.

Эккерт обещал: заговорит, когда расследование завершится. Хелльберг уже сказал все, что думал.

Теперь слово за теми, кто будет решать, где заканчивается тактическая подготовка и начинается запретная территория.