Алан Ширер и рекорд Haaland: кто побьет 260 голов?

Алан Ширер улыбается, когда говорит об этом, но в словах слышится не только шутка, а и холодный расчёт нападающего, который всегда жил от гола до гола. Его рекорд – 260 мячей в Premier League – стоит уже почти два десятилетия. И он прекрасно понимает: чтобы эта вершина простояла подольше, один человек вполне мог бы помочь. Зовут его Erling Haaland.

Норвежец набрал скорость, о которой в Англии давно забыли. 120 голов за четыре с небольшим сезона – темп, от которого у рекордов начинают подгибаться колени. Если Haaland останется в Manchester City, а сам клуб продолжит доминировать в лиге, догнать и перегнать Ширера – не фантазия, а вполне рабочий сценарий.

Ширер это знает. И не прячется за ложной скромностью.

«Я уверен, что рекорд когда‑нибудь побьют, но я буду наслаждаться им, пока он жив», – говорит он в интервью Football Interview. И тут же, уже с фирменной иронией человека, который забивал всем и всегда, добавляет: «Если мы сможем отправить Haaland в Real Madrid или куда‑нибудь ещё в ближайшие пару лет, всё будет в порядке».

До Haaland главным охотником за его цифрами был Harry Kane. Англичанин подбирался по‑настоящему близко – 213 голов, и казалось, ещё несколько сезонов в Tottenham Hotspur сделают своё дело. Но летом 2023‑го он выбрал Bayern Munich – и погоня за рекордом в Англии застыла на этой отметке.

Ширер же, спустя 20 лет после завершения карьеры, сидит в студии напротив Kelly Somers и говорит не только о цифрах. О Newcastle. О том, как чуть не стал тренером всерьёз. О том, как менял бутсы на микрофон.

Мальчишка, который уехал и вернулся легендой

Связка «Shearer – Newcastle» давно стала чем‑то вроде единого имени. Но путь к этому единству не был прямой. В 15 лет он уехал из родного города в Southampton, в чужой дом, к чужой семье. Для подростка с северо‑востока Англии это был другой мир.

«Я бы ничего не изменил – одно из лучших решений в жизни было уехать из дома в 15», – вспоминает он. А потом честно признаётся, как всё переосмыслилось, когда его собственным детям стукнуло столько же: «Когда моим детям исполнилось 15, я подумал: как вообще мои родители смогли отпустить меня в таком возрасте? Я бы никогда не смог позволить двум дочкам и сыну уйти из дома в 15».

Он до сих пор помнит тот поезд. Newcastle Central, мама с отцом на платформе, вагон трогается, и слёзы на лице матери.

«Я смотрел на них, на маму, у которой катились слёзы, и думал: неужели это последний раз, когда я живу дома?»

Спустя несколько лет судьба начала возвращать его ближе к дому. В 1992‑м он оказался в Blackburn Rovers у Sir Kenny Dalglish, где взял свой единственный титул чемпиона Premier League. А в 1996‑м случилось то, чего на Тайнсайде ждали как неизбежности: он вернулся в Newcastle United. Домой.

Тот сезон в Blackburn так и остался его последним вкусом трофея. Дальше были два проигранных финала FA Cup, команда, которая так и не дотянулась до амбиций конца 90‑х, и десятилетие, в котором его голы значили для города больше, чем любые медали.

Но сомнений, стоит ли возвращаться на северо‑восток, у него не было ни секунды.

Он вспоминает себя мальчишкой на Gallowgate End, как стоял на трибуне St James’ Park и смотрел на своего кумира Kevin Keegan. А потом – тот самый сюрреализм, когда подписываешь контракт и понимаешь: теперь ты играешь за него.

«Я видел, какой он получал восторг. Он был как крысолов в Newcastle – за ним шли все», – говорит Ширер. «Я был одним из тех пацанов, которые ездили на базу, к стадиону – и я тоже хотел кусочек этого».

В итоге он стал для Newcastle тем же, чем был Keegan для него. 10 лет в чёрно‑белых цветах, 206 голов в 405 матчах во всех турнирах. Статус, который не нуждается в пояснениях.

Легенда в кепке и без права на выходной

Сегодня, когда у него появляется шанс прийти на St James’ Park не как герой трибун, а как обычный болельщик, ему приходится маскироваться.

«У моего друга есть паб в Newcastle, он называется Harry’s. Меня высаживают у паба, и я иду пешком к стадиону», – рассказывает он. «Я надеваю кепку и почти никогда не поднимаю голову – иначе мне потребуется вечность, чтобы дойти от паба до стадиона. Но я часто так делаю. Мои друзья ходили так всю жизнь, и теперь я тоже могу – и мне это нравится».

Двадцать лет прошло с тех пор, как он забил свой последний гол. Но понятие «свободные выходные» к нему по‑прежнему не относится. Теперь он – один из главных голосов английского футбола: постоянный эксперт Match of the Day, со‑комментатор матчей сборной Англии, партнёр Gary Lineker и Micah Richards в подкасте The Rest Is Football.

Так было не всегда. После завершения карьеры он стоял на развилке: тренерство или медиа. И на время выбрал скамейку.

Весной 2009‑го Newcastle позвал его в самый тяжёлый момент. Восемь туров до конца сезона, команда в зоне вылета, паника в городе.

«Newcastle был в отчаянном положении, и я не мог сказать “нет” – мы были на дне таблицы, боролись за жизнь», – вспоминает он. И добавляет с самоиронией: «Я должен был понять, что ничего хорошего не выйдет, когда подписывал контракт в День дурака!»

Сезон закончился катастрофой – вылетом. Ширер больше не возвращался в тренерскую профессию, хотя намерения у него были.

«Я всегда думал, что вернусь в тренерство и хотел этого. У меня было несколько собеседований, мне предлагали работу в Cardiff. А потом всё изменилось… и я подумал: что я вообще делаю?»

Так закончился его короткий роман с тренерством. Началась другая жизнь – жизнь человека, который по субботам и воскресеньям живёт в самолётах и поездах между Newcastle и Salford ради Match of the Day.

«Это очень длинный день. Для меня, с дорогой из Newcastle, он занимает часов 19–20», – признаётся он. «Люди не понимают, что ты должен быть на пике энергии в 22:30, когда выходишь в эфир, тогда как если ты просто смотришь футбол на диване целый день, в это время уже клюёшь носом».

Ширер не клюёт. Он снова и снова пересматривает голы, движения нападающих, их выбор позиции. В том числе – одного конкретного форварда в голубой футболке Manchester City.

Пока Haaland забивает, Ширер остаётся не только рекордсменом, но и первым свидетелем собственной осады. И вопрос для него сегодня звучит уже не так: «Кто побьёт мой рекорд?» А так: «Успеет ли Haaland сделать это здесь – или всё‑таки сядет в самолёт до Мадрида?»