
Кагисо Рабада: победа над Бангладеш и вызовы на Centurion
Кагисо Рабада вышел к журналистам уже после дела сделанного — девять уикетов разницы, уверенная победа над Бангладеш в первом тесте на Wanderers — и с запахом заслуженной сигареты. Для игрока матча — не самый удобный момент.
Он решает проблему по‑своему: жует жвачку с такой энергией, будто это последний спринт за день. Но запах никуда не девается. Камеры? Вот что его волнует первым делом.
«Есть видео?» — спрашивает Рабада, прежде чем встать в круг репортеров. Узнав, что камер нет, облегчённо слышит: «Можешь продолжать жевать».
В этот короткий эпизод укладывается жизнь современного крикетчика топ-уровня. Всё давно вышло за рамки схемы «увидел мяч — ударил» или, в его случае, «получил мяч — вбей его в площадку». Матч уже позади, но впереди — общение с прессой, имидж, следующая игра. В понедельник — второй тест в Centurion, и никто не сомневается, что Рабада снова будет в центре событий.
Машина, которая почти не уходит с поля
Если для болельщика мысль о следующем тесте через несколько дней кажется изнуряющей, то что говорить о самом Рабаде. В первой подаче Бангладеш он провёл на поле почти восемь часов. Потом больше двух часов отбивал. Потом ещё четыре с половиной — в поле. Из 22 игровых часов теста он был на газоне почти две трети времени.
При этом играл он практически в тишине. За пять дней на трибуны Wanderers пришло всего 23 500 зрителей — в среднем около 4 700 в день. Для арены на 28 000 это зияющие пустоты. Рабада не делает вид, что не замечает их.
«Это было тяжело. И не из‑за Бангладеш, а из‑за объёма крикета, который мы сыграли. Даже когда я бился с Ricks, было видно, что мы выжаты», — признаётся он.
Речь о партнёрстве из 117 ран с Ryan Rickelton в первой подаче Южной Африки. Там, где многие боулеры уже мечтают об отдыхе, Рабада тянет команду битой.
«Мы работали с резервного бака. Старались невероятно сильно. Мы тренировались в жару, тренировки были очень жёсткими. Нужно копать намного глубже.
Когда есть толпа, она создаёт атмосферу. А тут, выходя на день игры, было ощущение обычного четырёхдневного матча на внутреннем уровне.
Мы понимаем, что на кону много, и стараемся выложиться. Но должен признать — было очень трудно поднять энергию на нужный уровень».
Пустые трибуны чемпиона мира
Рабада не прячет эмоций. И не стесняется обратиться напрямую к тем, кто мог бы заполнить трибуны Centurion.
На вопрос, какой поддержки он ждёт, отвечает честно: «Правду хотите? Жду того же, что было на Wanderers». Пауза. «Но я понимаю — люди работают. Люди получают бонусы. А потом придёт лето. Думаю, тогда трибуны будут забиты.
Но ведь люди уже работали со стадионом. Так что берите ноутбуки с собой. И пауэрбанки».
Пустые сектора — не проблема одного матча. Даже тесты против Австралии, магнит для публики, собрали немного. Лишь на первый день в Newlands пришло почти 12 000, потом цифры поползли вниз.
Реалии жёстки. Те, у кого есть работа, не могут бросить её ради пятидневного теста. Те, у кого работы нет, не могут позволить себе билет. Не помогает и статус формата: Южная Африка — действующий чемпион WTC, но народ тянется на SA20. Зачем сидеть пять дней ради Рабады, если можно получить свою порцию KG за три часа?
Ответ прост: за пять дней его гораздо больше.
На Wanderers он разнёс первую подачу Бангладеш, взяв 5/70, затем набрал ценнейшие 72 рана с 93 мячей, почти всё — четвёрки и шестёрки, и добил гостей 3/48 во второй подаче. Полный набор суперзвезды в тестовом формате.
Икона для детей — и головная боль для соперников
Игроки масштаба Рабады притягивают внимание отовсюду. Иногда это принимает забавные формы. Накануне матча его партнёр по команде Dane Paterson рассказал, что его пятилетний сын Leo спросил: «Почему я не могу кидать, как Рабада, и брать уикеты?»
Сам Кагисо усмехается, но удивлён: «Когда Patto звонит сыну, он всегда говорит: “Видишь того дядю (Рабаду)? Веди себя хорошо, иначе он с тобой играть не будет”. Сын Patto такой же, как он сам — живчик. Но я не мог поверить, что он это рассказал на пресс‑конференции».
Верить в то, что он вдохновляет детей, Рабаде, впрочем, несложно. Достаточно вспомнить момент в среду, когда он буквально взорвался эмоциями после того, как ключевой бьющий Бангладеш Towhid Hridoy не справился с бампером и отдал мяч в руки киперу. Табло показывало 87/5, и по Рабаде было видно: это не просто очередной уикет.
«Нам не понравилось, как они расхаживали в своей первой подаче. Мы хотели это остановить. Отсюда и агрессия.
Игра висела на волоске, и мы оказались в очень хорошей позиции. Мы хотели её укрепить. Единственный путь — быть предельно клиническими и агрессивными».
В этом и есть нынешний Рабада — не только машина по уикетам, но и эмоциональный двигатель команды, который не позволяет сопернику «расхаживать» по полю.
Впереди Centurion — и новый вызов трибунам
Три дня паузы перед Centurion — редкая передышка в его календаре. Тело просит отдыха, голова уже в следующем спелле. Он только что провёл почти две трети теста на поле, но никто не сомневается: в понедельник он снова побежит с мячом в руке.
Вопрос теперь не к нему. Вопрос к трибунам. Придут ли люди увидеть чемпиона мира в формате, который страна будто бы разлюбила? Или Кагисо Рабада снова будет гнать мяч в тишину почти пустого стадиона?
