Лукас Херрингтон и его трудный путь на чемпионате мира

Лукас Херрингтон не заслужил стать лицом этого поражения. Но станет. В 18 лет — самый молодой игрок стартового состава в истории сборной Австралии на чемпионатах мира — он теперь навсегда привязан к одной из самых болезненных страниц австралийского футбола.

Его разбитый вечер уместился в несколько шагов к точке и один удар. Мягкий, аккуратный, по всем учебникам — и слишком высокий. Мяч чиркнул по перекладине и ушёл вверх, а вместе с ним взлетела и надежда «соккеруз» на четвертьфинал. Пока перекладина ещё дрожала, к Херрингтону первым сорвался Авер Мабил — короткий рывок, объятие, немая попытка разделить боль, которая не отпустит его долгие годы.

Когда Египет несколькими ударами позже завершил серию, Херрингтон уже стоял спиной к воротам, отвернувшись от перекладины, предавшей его в самый важный момент. Одна рука в волосах, корпус согнулся, лицо спрятано. Джексон Ирвайн подошёл почти сразу — по тому, как он обнял парня, было ясно: эмоции там не просто свежие, они обжигают. Чуть позже его прижал к себе Нестори Иракунунда — на голову ниже, но в этот миг выглядевший старшим. Эти двое — будущее футбольной Австралии. Но в Арлингтоне им пришлось столкнуться с настоящим, от которого не убежишь.

Австралии снова придётся ждать как минимум четыре года в погоне за первой победой в плей-офф чемпионата мира. И навязчивая мысль будет возвращаться: лучшего шанса, чем этот, может долго не представиться.

Херрингтон, конечно, не был единственным, кто хотел бы пробить заново. Первым к точке вышел Гарри Суттар. Гигант обороны выглядел выжатым после 120 минут рубки, каждое движение давалось с усилием. Его удар тоже ушёл выше ворот, подарив Египту психологическое преимущество уже на старте серии.

Даже неожиданный ход Тони Поповича не сработал. Тренер в концовке дополнительного времени выпустил капитана Мэти Райана — ставка на опыт и репутацию. Египет не дрогнул. Четыре удара, четыре точных, и серия закончилась раньше, чем успела по-настоящему раскрутиться.

К тому моменту, как дело дошло до пенальти, за плечами у Австралии было уже три часа футбола на турнире без забитых мячей и 0:1 к перерыву. Настроение в раздевалке было тяжёлым. Стало ещё хуже, когда Джорди Бос после единоборства попробовал нагрузить левое колено — и понял, что идти дальше не может. Пара полумоментов не меняла картины: австралийцы вязли в египетской обороне, а первый тайм превратился в шахматную партию прессинга и ухода от него, где риск избегали оба.

А ведь начало обещало совсем другое. Ранний удар Кристиана Волпато — кручёный, хитрый, зацепивший перекладину. Рывок Боса в штрафную, когда он пронёсся сквозь линию, как нож сквозь бумагу. Австралия выглядела смело, агрессивно. Но всё рухнуло после первого гола Египта.

Правый фланг «соккеруз» слишком легко отдал территорию, прессинг развалился, и в стыке на линии штрафной Джексон Ирвайн не успел среагировать на рывок Зико и срубил его. Стандарт казался рабочим эпизодом. Удар Эмама Ашура встел Ирвайн, но мяч вернулся в штрафную и снова нашёл восьмого номера Египта — теперь уже одинокого на дальней штанге. Хладнокровный удар головой, и Австралия оказалась в роли догоняющей. Один эпизод — и вся их аккуратная схема рассыпалась.

После перерыва Бос уже не вышел. Вместо него на правый фланг обороны вышел Кай Тревин, дебютант чемпионата мира. И его приветствие турниру оказалось жестоким: не прошло и десяти секунд, как его оппонент едва не забил. Старт второго тайма грозил быстро похоронить австралийские надежды.

Но команда выстояла. И сделала то, чего до этого на турнире не удавалось: забила, проигрывая по счёту. В протоколе это записали как автогол Мохамеда Хани, хотя передача Айдена О’Нила заслуживала большего. Роскошный навес с левого края штрафной завис над вратарской, заставил защитника паниковать — и мяч оказался в сетке. Красоты эпизоду это не убавило.

Арлингтон в этот вечер жил своим особым ритмом. Огромная крытая арена, окружённая 24 тысячами парковочных мест, — храм американского спорта, теперь и футбольного. Но именно этот матч вряд ли обратил в новую веру тех, кто только присматривается к игре. Паузы тянулись, темп рвался, и если бы режиссёры включили ещё пару рекламных блоков, мало кто бы возмутился. К сотой минуте матча обе команды на двоих нанесли всего четыре удара в створ.

Для австралийцев и египтян, впрочем, это не имело никакого значения. Напряжение росло с каждой минутой при счёте 1:1. Навесы летели в штрафную и выбивались в отчаянных подкатах и выносах. Патрик Бич вылетал на кулаках, снимая мячи с голов. Египетская линия обороны, уступая в росте, компенсировала всё временем прыжка и упрямством.

Под конец основного времени проснулся Мо Салах. До этого он был скорее тенью себя самого, но в решающие минуты капитан Египта взял мяч под контроль. Сначала вырезал подачу на Рами Рабиа — тот уже видел мяч в сетке, но Бич чудом перевёл его над перекладиной. Затем Салах пробил сам. Потом создал ещё один момент для партнёров — удар, который Гарри Суттар заблокировал на линии траектории в самый угол.

Вопросов к его готовности после этого отрезка не осталось. Улыбка, которой Салах обменялся с Суттаром перед жеребьёвкой дополнительного времени, была не просто жестом уважения — признанием, что это настоящая битва.

Даже он, однако, оказался смертным. В начале овертайма отскок подарил ему мяч на подскоке, и Салах, обычно безжалостный в таких ситуациях, зарядил выше ворот. Время утекало, Египет наседал, превращая штрафную Австралии в осаждённую крепость, но решающего удара так и не нашёл ни один из соперников.

Обе команды стояли на пороге исторического достижения — первой победы в плей-офф мирового первенства. Им остался один путь — серия пенальти. Она не прощает ошибок и редко бывает справедливой.

На этот раз она выбрала Египет. А Австралия унесла с собой из Арлингтона не только очередной несбывшийся шанс, но и образ юноши у перекладины, который слишком рано узнал, как тяжело иногда даётся взросление в большом футболе.